В мире хорроров есть два типа историй: те, что пугают прыжками из-за угла, и те, что пробираются под кожу медленно, как зараза. «Мумия» 2026 года — стопроцентно вторая категория. Фильм начинается с, казалось бы, банальной трагедии: у американского журналиста Чарли Кэннона пропадает дочь в Каире. Полиция бессильна, семья в отчаянии, годы идут. Но сюжет делает резкий поворот, когда спустя восемь лет Кэти находят — в древнем саркофаге. И вот тут начинается настоящий кошмар.
Создатели фильма явно вдохновлялись классическими историями о проклятиях, но переосмыслили их через призму современной семейной драмы. Девочка жива, но не говорит. Она смотрит на родителей так, словно видит их впервые — или словно помнит что-то, чего не должен помнить ни один ребёнок. Атмосфера фильма — это густой, почти осязаемый страх, который не отпускает ни на минуту. Режиссёры используют тишину как оружие: длинные, тягучие сцены, где ничего не происходит, кроме нарастающего внутреннего напряжения, работают лучше любых спецэффектов.
Джек Рейнор здесь — открытие. Его герой мечется между попытками наладить контакт с дочерью и расследованием обстоятельств её исчезновения. Натали Грэйс добавляет в эту историю женскую интуицию и материнскую боль. А Лайа Коста, появляющаяся во второй половине фильма, вносит элемент классического нуара. «Мумия» 2026 — это не про то, как убежать от монстра. Это про то, как жить с тенью того, кого ты любишь. Фильм заставляет задуматься о том, что настоящее зло — это не всегда существо с бинтами и проклятием. Иногда зло — это пустота в глазах того, кого ты держишь за руку. Если вы ищете хоррор, который останется с вами надолго, — вы нашли его.